В начале 1942 года в результате знаменитого контрнаступления линию фронта удалось отбросить на 150–200 километров от Москвы. Советские войска под командованием Георгия Жукова в ходе трех наступательных операций пытались срезать обращенный в сторону Москвы изгиб линии фронта, получивший название Ржевский выступ, и окружить находящуюся на нем 9-ю армию группы «Центр».
Ожесточенные бои на этой небольшой территории продолжались в общей сложности 13 месяцев, до марта следующего года, но к намеченной цели так и не привели: Ржевский выступ ликвидировать не удалось. В марте 1943 года немцы сами оставили позиции, выпрямляя линию фронта и перебрасывая войска и технику к Курску.
Бои под Ржевом — один из самых кровавых эпизодов Великой Отечественной. Общие потери Красной Армии только по официальным данным превысили миллион человек. Ржев и соседние города были полностью разрушены.
Поскольку крупной победы, как в Сталинграде или под Москвой, на Ржевском правлении одержано не было, после войны об этой трагической странице военной истории предпочли забыть. В мемуарах Жукова ей уделено всего несколько абзацев, а маршал Конев, также командовавший там, вообще обошел эту тему молчанием…
Журналисты НТВ провели собственное расследование, собрав свидетельства непосредственных участников событий и архивные документы, многие их которых были до сих пор засекречены. Съемки фильма продолжались столько же, сколько и сама битва — больше года.
На площадке, в болотистых полях подо Ржевом, помимо журналистов работали более ста актеров, каскадеров и энтузиастов, была задействована настоящая техника времен Второй мировой — самолеты, танки. Сочетание документального расследования, художественной реконструкции и компьютерных спецэффектов погружает зрителя в атмосферу одного из самых масштабных и самых трагических сражений Великой Отечественной.
В началото на 1942 г. в резултат на знаменитото контранастъпление СССР успява да изтласка линията на фронта със 150-200 км по-далеч от Москва. Съветските воиски под командването на Георгий Жуков при три настъпателни операции се опитват да срежат обърнатата към Москва извивка на фронта, известна като "Ржевската издатина", и да обкръжат намиращата се там 9. армия от Група армии "Център".
Ожесточените сражения за тази неголяма територия продължават общо 13 месеца, до март следващата година, но така и не постигат набелязаната цел: Ржевската издатина не е ликвидирана. През март 1943 г. немците сами напускат позициите си, за да изправят линията на фронта и да прехвърлят освободените войски и техника към Курск.
Боевете край Ржев са сред най-кървавите епизоди на Великата отечествена. Дори само по официални данни общите загуби на Червената армия надхвърлят 1 милион души. Ржев и съседните градове са напълно разрушени.
Тъй като при Ржев не е постигната крупна победа, за разлика от Сталинград или край Москва, след войната предпочитат да забравят за тази трагична страница от военната история. В своите "Спомени и размисли" Жуков отделя на Ржев само няколко абзаца, а маршал Конев, който също е командвал там, изобщо подминава темата с мълчание...
Журналистите от НТВ провеждат собствено разследване, събирайки свидетелства от участници в събитията и архивни документи, много от които до този момент са били засекретени. Снимките на филма продължават толкова, колкото и самата битка - повече от година.
На снимачните площадки в блатистите поля край Ржев освен журналистите работят повече от сто артисти, каскадьори и ентусиасти, включена е истинска техника от Втората световна - самолети, танкове. Съчетанието от документално разследване, художествена реконструкция и компютърни ефекти потапя зрителя в атмосферата на едно от най-мащабните и трагични сражения на Великата отечествена война.

Я УБИТ ПОДО РЖЕВОМ
Я убит подо Ржевом,
В безымянном болоте,
В пятой роте,
На левом,
При жестоком налете.
Я не слышал разрыва
И не видел той вспышки, -
Точно в пропасть с обрыва -
И ни дна, ни покрышки.
И во всем этом мире
До конца его дней -
Ни петлички,
Ни лычки
С гимнастерки моей.
Я - где корни слепые
Ищут корма во тьме;
Я - где с облаком пыли
Ходит рожь на холме.
Я - где крик петушиный
На заре по росе;
Я - где ваши машины
Воздух рвут на шоссе.
Где - травинку к травинке -
Речка травы прядет,
Там, куда на поминки
Даже мать не придет.
Летом горького года
Я убит. Для меня -
Ни известий, ни сводок
После этого дня.
Подсчитайте, живые,
Сколько сроку назад
Был на фронте впервые
Назван вдруг Сталинград.
Фронт горел, не стихая,
Как на теле рубец.
Я убит и не знаю -
Наш ли Ржев наконец?
Удержались ли наши
Там, на Среднем Дону?
Этот месяц был страшен.
Было все на кону.
Неужели до осени
Был за н и м уже Дон
И хотя бы колесами
К Волге вырвался о н?
Нет, неправда! Задачи
Той не выиграл враг.
Нет же, нет! А иначе,
Даже мертвому, - как?
И у мертвых, безгласных,
Есть отрада одна:
Мы за родину пали,
Но она -
Спасена.
Наши очи померкли,
Пламень сердца погас.
На земле на проверке
Выкликают не нас.
Мы - что кочка, что камень,
Даже глуше, темней.
Наша вечная память -
Кто завидует ей?
Нашим прахом по праву
Овладел чернозем.
Наша вечная слава -
Невеселый резон.
Нам свои боевые
Не носить ордена.
Вам все это, живые.
Нам - отрада одна,
Что недаром боролись
Мы за родину-мать.
Пусть не слышен наш голос,
Вы должны его знать.
Вы должны были, братья,
Устоять как стена,
Ибо мертвых проклятье -
Эта кара страшна.
Это горькое право
Нам навеки дано,
И за нами оно -
Это горькое право.
Летом, в сорок втором,
Я зарыт без могилы.
Всем, что было потом,
Смерть меня обделила.
Всем, что, может, давно
Всем привычно и ясно.
Но да будет оно
С нашей верой согласно.
Братья, может быть, вы
И не Дон потеряли
И в тылу у Москвы
За нее умирали.
И в заволжской дали
Спешно рыли окопы,
И с боями дошли
До предела Европы.
Нам достаточно знать,
Что была несомненно
Там последняя пядь
На дороге военной, -
Та последняя пядь,
Что уж если оставить,
То шагнувшую вспять
Ногу некуда ставить...
И врага обратили
Вы на запад, назад.
Может быть, побратимы.
И Смоленск уже взят?
И врага вы громите
На ином рубеже,
Может быть, вы к границе
Подступили уже?
Может быть... Да исполнится
Слово клятвы святой:
Ведь Берлин, если помните,
Назван был под Москвой.
Братья, ныне поправшие
Крепость вражьей земли,
Если б мертвые, павшие
Хоть бы плакать могли!
Если б залпы победные
Нас, немых и глухих,
Нас, что вечности преданы,
Воскрешали на миг.
О, товарищи верные,
Лишь тогда б на войне
Ваше счастье безмерное
Вы постигли вполне!
В нем, том счастье, бесспорная
Наша кровная часть,
Наша, смертью оборванная,
Вера, ненависть, страсть.
Наше все! Не слукавили
Мы в суровой борьбе,
Все отдав, не оставили
Ничего при себе.
Все на вас перечислено
Навсегда, не на срок.
И живым не в упрек
Этот голос наш мыслимый.
Ибо в этой войне
Мы различья не знали:
Те, что живы, что пали, -
Были мы наравне.
И никто перед нами
Из живых не в долгу,
Кто из рук наших знамя
Подхватил на бегу,
Чтоб за дело святое,
За советскую власть
Так же, может быть, точно
Шагом дальше упасть.
Я убит подо Ржевом,
Тот - еще под Москвой...
Где-то, воины, где вы,
Кто остался живой?!
В городах миллионных,
В селах, дома - в семье?
В боевых гарнизонах
На не нашей земле?
Ах, своя ли, чужая,
Вся в цветах иль в снегу...
Я вам жить завещаю -
Что я больше могу?
Завещаю в той жизни
Вам счастливыми быть
И родимой отчизне
С честью дальше служить.
Горевать - горделиво,
Не клонясь головой.
Ликовать - не хвастливо
В час победы самой.
И беречь ее свято,
Братья, - счастье свое, -
В память воина-брата,
Что погиб за нее.
1945-1946
Александр Твардовский